Блог архива болельщиков «Зенита»

78
113

1991 год

Всем привет!

Сегодня мы в продолжение краткого курса истории наших фэнов разных лет вспомним 1991 год.

Не забудьте прочитать начало истории в предыдущих записях блога.

Итак:


1991 год, грустные фанаты на пустом стадионе Кирова. На первом плане - Валерий "Сабонис", сзади приближается Рома "Птица"

С точки зрения спортивного результата наш клуб по итогам сезона-1991 достиг самого дна — оформил вылет во вторую (!) лигу. Ниже падать было некуда, что называется. Разумеется, стадион Кирова оказывался практически пустым на домашних матчах, а на выездах лишь горстка самых отчаянных суппортеров пыталась поддерживать команду, да и то получалось это не всегда.

Ниже можно видеть выездную статистику сезона-1991:


статистика сезона-1991 фана Мишеля

Вспоминает Николай Коломенский (фан Партизан):

— Был 1991 год, команда только что вылетела в первый дивизион чемпионата СССР.

Первым моим выездом был Воронеж. Даже дату помню — 20 мая. Пригласил с собой приятеля, и поехали. Времена были трудные, заработки низкие, поэтому маршрут я разработал максимально экономичный. Доехали до Москвы, оттуда — до станции Узуново. Далее на «собаках» (электричках) до Мичуринска, где вписались в проходящий поезд. «Собаки» и вписки были своего рода брендом фанатов 80-х, их опыт пригодился и мне. Дорога заняла всего два дня.

Первый человек, которого я увидел на вокзале Воронежа, — Денис Е2. Он встречал ребят, которые должны были приехать из Камышина, где «Зенит» проводил предыдущий матч. Затем все вместе пошли в город. Перед стадионом я занялся продажей программок с домашних матчей «Зенита» (этот маленький бизнес в дальнейшем выручал не только меня, но и товарищей, которые ездили со мной). Пока торговал, всех остальных ленинградцев повязала милиция. Выпустили их только после перерыва, и в первом тайме я был единственным болельщиком «Зенита» на стадионе. Молча сидел и переживал в толпе местных — гостевых трибун в те годы еще не было. Обычно фанаты просили пропустить их бесплатно, и зачастую это проходило. Но в Воронеже деньги у меня были, и я купил билет на центральную трибуну.

«Зенит» проиграл, однако меня это не оттолкнуло. Наоборот, я вновь стал собираться в дорогу. Каждый выезд — это новая неповторимая история, новый город. Вторым был Ярославль. Обычный выезд — человек тридцать. Осматривать красоты церквей и других достопримечательностей не было времени — этот пробел я восполнил в следующих сезонах.

Какие-то деньги я зарабатывал. Часть отдавал родителям, остальное тратил на выезды. На работе мне говорили: «Ты же себя обманываешь! Берешь дни за свой счет, недозарабатываешь, а деньги тратишь». «Ничего не могу с собой поделать», — отвечал я. Несмотря на то что команда обычно проигрывала, для меня главным было находиться рядом с ней. Я настолько прикипел к «Зениту», что ехал вновь и вновь.

После матча с тираспольским «Тилигулом» (проиграли 0:2) втроем с Французом и Гастролером попытались заночевать на каком-то катере, но расшумелись, прибежал охранник и нас выгнал. Спали в итоге под кустами, накрывшись флагами. Ночевать на улице в южных городах для фаната было обычным явлением, поскольку милиция за нами не охотилась. Заехав в Одессу по дороге в Симферополь, мы тоже спали на скамейках, правда, на территории интерната. Подошли к хозяйке, пообещали вести себя тихо и попросили одеяла, поскольку было прохладно. Кроме одеял она еще и еды дала.

На вокзале Симферополя я наблюдал забавную картину, как Клоун вписывает в поезд Бибигона через окно туалета. Увидели, что проводницы на платформе нет, и вперед. Особенно безбилетников в те годы не гоняли. Милиции в поездах не было — она только на вокзалах стояла. Если кому-то не везло и его вычисляли в «гробу» (багажный отсек под нижней полкой. — Прим. ред.), «раю» (багажный отсек над входом в купе. — Прим. ред.), или в нерабочих тамбурах, проводники справлялись сами.

В том году был у меня и двойник Сухуми — Баку. Впервые увидел Черное море и виноградники за колючей проволокой. На сухумском стадионе местные мужики, обрадованные победой 4:1, предложили у них остановиться, но я отказался. Мы встретились с Денисом Е2 (на этом двойнике были только мы с ним), сняли домик, а наутро на автобусе через перевалы приехали в Тбилиси. Там — военное положение, комендантский час. Только присели на скамейку, как к нам подошли военные с автоматами: «Уходите!» Пошли в гостиницу. Администратор увидел, что мы русские: «Мест нет!» Объяснили, что ленинградцы, едем на футбол. «А, я думал, что вы москвичи. Ладно, оформлю». Наутро сели в поезд и поехали в Баку. Там тоже проиграли с крупным счетом. Вновь местные жители предлагали нам ночлег, но мы решили лететь. Денис отправился домой, я — в Москву на еврокубковый матч с участием московского «Динамо».

Последним моим выездом 91-го была Алма-Ата. Летели с Вадиком Минаевым и командой — чартеров тогда для футболистов не было. Когда сели на дозаправку, испортилась погода. Взлет задержали на несколько часов. В Алма-Ату мы прилетели за полтора часа до начала матча. Игроки побросали вещи в гостинице — и сразу на стадион. Досадно проиграв «Кайрату» на последних минутах, «Зенит» практически оформил вылет во второй дивизион чемпионата СССР, но на следующий год из-за развала страны оказался в высшей лиге чемпионата России.

Ниже вы можете видеть листы из альбома Михаила Соловьева (Мишеля) за отчетный год:











Продолжение следует.

До скорых встреч, уважаемые поклонники нашей истории.
0 комментариев

Для добавления комментария, Вам необходимо авторизоваться