Блог историка Дмитрия Догановского. 

При поддержке издания «История „Зенита“»

307
1175

Подзабытый кумир — к 75-летию Николая Рязанова

Сегодня, 20 июля, исполняется 75 лет со дня рождения Николая Рязанова – нападающего «Зенита» 1950-60-х.

Все, кто был знаком с «Зенитом»1960-х годов или играл в нём, в один голос утверждают, что команда была дружной, весёлой, какой-то беззаботной. Ребята с большим удовольствием разыгрывали друг друга, подколкам и шуткам не было числа. И главным весельчаком и балагуром считался Коля Рязанов, неутомимый хохмач и заводила, любимец команды. Где Рязанов — там народ, там шум, там веселье. Такие игроки, пусть даже не обладающие при этом высочайшим футбольным мастерством, для умного тренера на вес золота. Они способны мгновенно снять напряжение, помочь команде расслабиться после тяжёлого матча, дать мощный заряд положительных эмоций. А если он при этом ещё и играть умеет...

Рязанов счастливым образом в полной мере сочетал в себе оба эти достоинства. Коренной ленинградец, свой футбольный путь в четырнадцать лет начал он в команде завода «Светлана» в группе обладателя Кубка СССР 1944 года Виктора Бодрова. После продолжил футбольное образование в ФШМ у ещё одной ленинградской футбольной знаменитости, Петра Дементьева. Учёба талантливого парня под руководством этих замечательных мастеров не прошла даром — уже в 1954 году Рязанов был включён в юношескую сборную Ленинграда, причём, в более старшую возрастную группу, что всегда считалось показателем таланта и перспективности молодого игрока. А вскоре на Всесоюзном турнире специализированных футбольных школ был признан и лучшим нападающим соревнований.

Начало

Роста невысокого, но крепкий, физически сильный, и при этом быстрый, выносливый, разворотливый, с отличными «тормозами», благодаря которым он мог легко и резко поменять скорость и направление движения, Рязанов обладал ещё и развитым чувством мяча и замечательной техникой. Даже Михаил Бутусов, говоря о технической оснащённости молодого игрока, сравнивал его с самим Пекой Дементьевым (а уж он-то знал, о чём говорил). Крайне опасны для вратарей соперника были неожиданные мощные удары зенитовского форварда метров с 20-25 – умением нанести сильный прицельный удар с такого расстояния Рязанов заметно выделялся на фоне большинства нападающих «Зенита» тех лет, которые предпочитали мяч в ворота заносить едва ли не грудью.

Атаковать больше любил из глубины поля, при этом мог без проблем сместиться и в центр, и на противоположный фланг, на скорости обводя несколько соперников, с непременным ударом по воротам в конце своего рейда. Задача нападающего — забивать голы, эту задачу он выполнял с видимым удовольствием, и этим выгодно отличался от своего великого учителя: Пека свою результативность часто приносил в жертву страсти к изысканным техническим вывертам. Впоследствии, оказавшись на острие атаки, одним из двух центральных нападающих схемы 4-2-4, голов Рязанов стал забивать побольше, но с куда большим удовольствием занимался организацией атак, завязывая комбинации оригинальные и затейливые, выполняя роль, своего рода, диспетчера команды, дирижёра её атакующих действий. Поле и партнёров видел прекрасно, искусством острого паса владел виртуозно, и с его передач не один десяток мячей побывал в воротах соперников. При этом, в отличие от многих игроков подобного амплуа, отличался невероятным трудолюбием и работоспособностью, весь матч находясь в непрерывном движении, сполна отрабатывая и в обороне, при потере мяча начиная прессинговать соперника ещё в его штрафной.

Долгие три года подбирался Рязанов к основе «Зенита», попутно завоевав вместе с дублем бронзовые медали в 1958-м и эпизодически появляясь на поле в основном составе, пока, наконец, в 1960-м прочно не вошёл в основу, заменив на позиции левого полусреднего завершившего карьеру Геннадия Бондаренко. И прекрасно дополнил собой крепкое зенитовское нападение тех лет, став достойным партнёром таким же молодым Бурчалкину, Морозову и Храповицкому.

Расцвет

На трибунах Рязанова полюбили сразу. Технарь и финтарь, неугомонный мотор команды, игрок неожиданный, нестандартный, хитроумный, с выраженным футбольным интеллектом, он был из тех футболистов, на которых «ходят», которые способны одним только своим присутствием на поле собирать полные стадионы зрителей. Таких игроков очень мало. Единицы. Игроков, способных удивить, потрясти, создать нечто необычное, неожиданное, каждое касание мяча которыми откликается непременным взволнованным гулом трибун, замирающих в ожидании: что на сей раз сотворит их кумир, какой замысловатый ход продемонстрирует он влюблённой «торсиде»? И Рязанов обычно не обманывал ожидания публики, в лучших своих матчах играя азартно, ярко, даже артистично, а, поймав кураж, был способен своими действиями на поле «решить матч» практически с любым соперником. А уж его настоящая одержимость на тренировках и вовсе ставилась всем в пример.

Самыми удачными для него можно считать 1962 и 1963 годы, когда и играл он много, и забивал стабильно, и даже попал на заметку к тренерам первой сборной. Ставшее уже традиционным для ярких ленинградских игроков обхаживание гонцами из Москвы и Киева закончилось ничем: вне родного города Рязанов чувствовал себя неуютно, он даже подавляющее большинство своих голов забил в Ленинграде.

И всё же сказать, что футболист полностью реализовал себя в футболе, никак не получается. Как, собственно, не реализовали себя и большинство остальных игроков «Зенита» 1960-х. А ведь компания в нашей команде тогда собралась действительно незаурядная: Завидонов и Дергачёв, Рязанов и Данилов, Бурчалкин и Востроилов, Храповицкий и Совейко... И кто знает, будь в команде и вокруг неё более деловая и заинтересованная обстановка, каких высот достиг бы «Зенит», имея такой крепкий состав. На деле же всё обстояло довольно грустно.

Закат

В 1964-м команду принял новый тренер Валентин Фёдоров. В прошлом блистательный игрок, капитан довоенного ленинградского «Динамо» и сборной города, как тренер команды мастеров высшего уровня он оказался куда менее состоятельным. В коллективе, и так плохо управляемом, ещё больше ослабла дисциплина, участились нарушения спортивного режима... И любимец ленинградских трибун Николай Рязанов был в первых рядах этих нарушителей.

...Первую половину сезона 1964 года футболист пропустил – травма, полученная на предсезонных сборах привела к долгому бездействию, во время которого игрок не очень-то стремился к набору добротных кондиций. Напротив, состояние его спортивной формы после выздоровления было далеко от требуемого, а потому к основному составу тренеры его ещё долго не подпускали. Болельщики «Зенита» засыпали редакции газет письмами с взволнованными вопросами по поводу пропажи своего кумира. В ответ руководители команды ссылались сначала на злополучную травму, затем, когда ссылаться на неё стало уже несерьёзным, на некую «болезнь» футболиста. А что им ещё оставалось... Лишь летом Рязанов вновь появился в составе «Зенита», но остаток сезона проводит откровенно слабо, забив всего три мяча и демонстрируя свой богатый технический арсенал лишь от случая к случаю. От лучшего бомбардира команды прошлого года ждали много большего.

А в 1965 году всё началось сначала: вновь футболист «тяжело входит» в сезон, да и постоянные срывы по его ходу также отрицательно сказываются и на его игре, и на выступлениях команды, да и на климате в коллективе. Вновь пропуски тренировок, вновь по городу гуляют слухи об очередных похождениях зенитовца. Болельщики уже ни о чём не спрашивают – все в городе «в курсе», все всё прекрасно понимают. Такое положение дел не могло продолжаться вечно, и вскоре терпение руководства команды лопнуло: в июне 1965 года после очередного загула Рязанов сначала был отстранён от игр, а затем, в июле, в компании с Немесио Посуэло, ещё одним любителем весело провести время, из команды назидательно отчислен. Попутно решением Федерации футбола игрок был лишён звания мастера спорта СССР и дисквалифицирован с запретом выступлений во всех всесоюзных и городских соревнованиях по футболу.

Однако, как известно, любая палка – она ведь о двух концах: избавившись от одного из разлагающих спортивный коллектив элементов, команда одновременно лишилась и яркого, классного форварда, замену которому найти оказалось крайне непросто. Да что непросто – невозможно! За прошедшее время взаимопонимание пары центральных нападающих «Зенита» Рязанова и Бурчалкина было доведено едва ли не автоматизма, поэтому разрушение этой яркой связки на атакующую мощь команды повлияло очень заметно. Некоторое время тренеры лихорадочно пытались залатать образовавшуюся в нападении широкую брешь, то выпуская на ставшую «вакантной» позицию резервистов, то выдвигая вперёд универсального полузащитника Завидонова, но приемлемого результата все эти решения не давали. Уход вперёд ведущего игрока середины поля приводил к дисбалансу в игре полузащиты, а из скудного зенитовского резерва никто так и не смог хоть сколько-нибудь равноценно заменить отчисленного нападающего, дирижёра атаки и мастера голевого паса.

И короткая скамейка – вековечная беда ленинградской команды – привела к тому, что тренерам пришлось спешно перестраивать ряды. Модную «бразильскую» схему 4-2-4, по которой играло большинство советских команд середины 1960-х, в том числе, и «Зенит», пришлось трансформировать в 4-3-3 – всё же в середине поля некое подобие конкуренции имелось, и выбор полузащитников какой-никакой, а был. Да, такое тактическое построение в те годы было уже не таким и новаторским, но для «Зенита» в 1965-м это был во многом вынужденный, неподготовленный шаг, а тренерам команды грамотное решение такой тактической задачи оказалось не под силу. Что неизбежно привело к немалым игровым проблемам, в первую очередь, к снижению эффективности зенитовских атак. На оставшемся в одиночестве на острие атаки Бурчалкине в каждом матче теперь висело по два защитника, сковывая его по рукам и ногам, а столь необходимого второго центрального нападающего, способного помочь зенитовскому лидеру, взять на себя его функции или хотя бы просто отвлечь часть внимания игроков обороны, у него рядом уже не было.

И всё-таки карательные меры не помогли тренерам улучшить дисциплину в команде. Тем более что в следующем же году под давлением городских спортивных организаций и пресловутой «общественности», Федерация футбола Ленинграда и руководство «Зенита» были вынуждены «дать задний ход»: в середине сезона покаявшийся Рязанов был «помилован». Сколько раз и прежде, и в дальнейшем ленинградская «общественность» различных властных уровней, всеми силами стараясь оградить своих любимцев от заслуженного наказания, в результате оказывала пагубное влияние на дела «Зенита»! Уроки истории не идут впрок. Особенно тем, кто её не знает... Вот и тогда, в 1966-м, надолго раскаяния Рязанова не хватило – вскоре опять начались срывы, загулы, и тренеры, полностью потеряв контроль над командой, уже ничего поделать не могли: гуляли практически все. Сезон «Зенит» провалил, с трудом удержавшись от вылета из высшего дивизиона.

Новый тренер команды Аркадий Алов, сменивший перед началом сезона-67 ожидаемо ушедшего в отставку Фёдорова и начавший серьёзную чистку рядов от «расслабленных» ветеранов, далеко не сразу решился на расставание с любимцем ленинградских трибун и своим же «протеже» 1957 года Рязановым. Однако, в конце концов, после очередного загула форварда, в мае 1967-го отчислил и его. На сей раз, окончательно.

Потом у Рязанова были долгие игры во второй лиге, где нередко пересекались пути бывших зенитовцев, как, например, в новгородском «Электроне», где одновременно в начале 1970-х сошлись мастер спорта международного класса Данилов, а также мастера спорта Рязанов, Николаев, Виноградов, Марков и Войнов — все они играли в том «Зените» середины 1960-х... Неизбалованный классным футболом новгородский болельщик валом повалил на городской стадион, предвкушая настоящий футбольный спектакль, разыгранный большими мастерами кожаного мяча. Однако, обретя состав небывалого для второго дивизиона шика, «Электрон» ничем серьёзным проявить себя не смог: от этих футболистов к тому времени остались только славные имена...

А бывший кумир питерских болельщиков Николай Рязанов, подаривший им своей игрой столько радостных минут, постепенно уходил в забвение. Только сухие и бес###### цифры сыгранных матчей и забитых голов — это всё, что оставалось взамен одного из ярчайших футболистов в истории ленинградского «Зенита».

Всего за «Зенит» в 1957–67 г.г. Николай Рязанов сыграл 196 матчей, забил 39 голов.
Лучший бомбардир «Зенита» в сезоне 1963-го (вместе с Л. Бурчалкиным) — 10 голов.
4 комментария

Для добавления комментария, Вам необходимо авторизоваться
  • Yuranewaspb
    0
    20.07.2013 в 02:36
    Зенитовцам взять на заметку "...неожиданные удары метров с 20-25и"
  • Счастливчик
    0
    20.07.2013 в 03:37
    Интересно почитать!
  • Олег
    0
    20.07.2013 в 04:30
    чем-то историю кержакова напоминает
    "от этих футболистов к тому времени остались только славные имена..."
    Dogan
    0
    20.07.2013 в 09:53
    С одной разницей: эти ребята тогда играли во второй лиге, а Кержаков до сих пор играет в сборной и в команде - лидере российского футбола.
    Не слишком прямые параллели получаются.