Блог историка Дмитрия Догановского. 

При поддержке издания «История „Зенита“»

315
1175

«Зенит» в первой лиге. Часть 3-я

Год третий (1994) 
000010.jpg
Сезон 1994 года «Зенит» начал неплохо. Хотя прошлогоднего блеска в его игре уже не было: что-то надломилось в команде, обидные и незаслуженные итоги прошлого сезона не прошли бесследно. Да тут ещё и постоянные проблемы с составом с самого начала чемпионата стремительно выросли в настоящее бедствие. 

Вот уже третий подряд сезон основа «Зенита» оставалась практически неизменной и состояла, от силы, из 12-13 одних и тех же игроков. И потеря любого из них, будь то из-за травмы, болезни или дисквалификации, сразу же становилась головной болью тренеров – хоть сколько-нибудь равноценно заменить выбывшего из строя было попросту некем. А команду словно преследовал злой рок. Так и не сумел толком восстановиться после прошлогодней травмы ключевой игрок, «мозг» команды Олег Дмитриев, в 1994-м уже мало напоминавший себя прежнего. В начале года тяжёлая болезнь надолго свалила зенитовского капитана и ведущего защитника Алексея Наумова, а вслед за ним до конца сезона из-за травмы выбыл хавбек Мамонтьев. Едва ли не всю предсезонку и начало чемпионата пропустил из-за травмы Зазулин, а сразу по его возвращении в состав «сломался» защитник Давыдов. В разгар чемпионата выбыл из строя даже «железный» Кулик – главная ударная сила команды в атаке. 

Да, удачная селекционная работа тренерского штаба «Зенита» именно в том году впервые явила футбольному миру имена будущих героев Кубка-99 Александра Панова, Романа Березовского, Дмитрия Давыдова, Дениса Угарова... Но тогда это были всего лишь неопытные 18-19-летние юниоры, и рассчитывать, что они способны по-настоящему заменить одного за другим выбывавших из строя игроков основы было наивно. Более того, вот уже не первый год «Зенит» был лишён возможности пополняться из своего многолетнего надёжного «источника», школы «Смена». Организованная при школе команда мастеров «Смена-Сатурн» имела на её выпускников все права, и руководство этой команды не позволяло им усиливать состав конкурента. 

К тому же, в 1994-м «Зенит» лишился и снявшегося из-за финансовых проблем с соревнований в третьей лиге дублирующего состава, в котором в те годы обкатывалась перспективная молодёжь, набирали форму после травмы игроки основы, выводился на должный уровень ближайший резерв основы... Теперь же такого рода «полигона» у «Зенита» не было, что ещё больше ограничивало для тренеров и так крайне невеликую возможность для манёвра. 

Стадионы «Зенита» 

Да тут ещё свалилась на «Зенит» очередная напасть: команда ещё в прошлом году лишилась возможности принимать своих соперников на давно ставшем родным стадионе им. Кирова. В начале лета 1993 года он, как и стадион «Петровский», были закрыты на реконструкцию к близящимся Играм Доброй Воли, помпезному спортивному суперпроекту американского телевизионного магната-миллиардера Тэда Тёрнера, и флагман петербургского футбола, недавняя его краса и гордость, вынужден был проводить официальные матчи на прежде безвестных городских спортивных площадках. 

Стадионы «Обуховец» и «Кировец», «Турбостроитель» и «Луч»... Поля со скудным травяным покровом, покрытые смесью из песка и грязи весной-осенью, и песка и пыли летом; маленькие, грубо сколоченные деревянные трибуны со стойким кошачьим запахом из-под них... Кривая разметка, наносившаяся на кочковатое поле непосредственно перед началом матча и терявшаяся в огромных лужах... Склизкий берег Невы и кусты вместо туалета для болельщиков, и налетавшее порой «благоухание» окружавших эти крошечные стадиончики заводских цехов... 

Мест на трибунах хватало далеко не всегда – ведь на матчи в те времена, когда «Зенит» на что-то ещё претендовал, порой приходило по три-четыре, вплоть до шести тысяч зрителей. И опоздавшие болельщики (то есть пришедшие на стадион не за час-полтора до начала матча), расстилая куртки или газеты, размещались на живописном земляном валу, располагавшемся напротив главной, с позволения сказать, трибуны (если игра проходила на «Обуховце»), или на крышах стадионных построек, а то и прямо на земле вокруг поля на остальных стадионах. 

Но нередко на матчах присутствовало и всего по 500-600 зрителей. Тогда на фоне гулких ударов по мячу и отрывистых криков футболистов и тренеров, слышно было чириканье воробьёв и шум проезжающих неподалёку машин. На поле была отчётливо различима каждая реплика с трибун, зрители, не напрягая голоса, переругивались с игроками приезжих команд, благо от трибун до кромки поля было всего несколько метров, и лишь изредка тишина прерывалась более-менее стройными скандированиями фанатской грядки. Насчитывающей, впрочем, обычно не более нескольких десятков человек. А то и куда меньше. 

Порой мяч во время игры на «Обуховце» перелетал через невысокие трибуны. И тогда с десяток наиболее активных зрителей срывались с мест и, жизнерадостно покрикивая, бросались наперегонки за улетевшим снарядом, стараясь не допустить, чтобы тот докатился до Невы и уплыл в сторону Володарского моста и далее, в соседнюю страну Суоми. Идиллия... 

Тем не менее, несмотря ни на что, вплоть до начала лета «Зенит» держался в пятёрке сильнейших и имел вполне реальные шансы преодолеть не слишком большое отставание от дуэта лидеров. Команде надо было только помочь... 

Закат команды Мельникова 

Однако помощи в том году «Зенит» так и не дождался. Более того, пришла беда, как говорится, откуда не ждали. Предыдущий сезон-93, несмотря на невыполнение задачи выхода в высшую лигу, завершился без трагедий – новое руководство клуба отлично понимало истинные причины этой неудачи. Поэтому на банкете, посвящённом окончанию сезона и проведённом в узком кругу команды, клубного руководства и спонсоров, никого не ругали. Напротив, встреча прошла на оптимистичной ноте, лучшие игроки были награждены видеокамерами, холодильниками и телевизорами (да, в те сложные годы даже такие подарки имели для неизбалованных большими деньгами футболистов немалую ценность), и все разъехались по отпускам, вполне довольные друг другом, и в полной уверенности, что уж в следующем году «Зенит» своего не упустит. 

Но реальность оказалась куда менее радужной. Руководство первого и пока единственного спонсора «Зенита», корпорации «ХХ трест», спешно подтянутого к финансированию клуба в середине прошедшего года, никак не могло понять и принять принципа спонсирования футбольной команды. Тратить свои деньги на её содержание, ничего не получая взамен – это было выше понимания большинства бизнесменов тех лет. Тем более, тратить их не единоразово, по случаю, а на постоянной основе, стабильно и помногу. А потому, как только команда вернулась из отпуска, у неё сразу же начались финансовые проблемы. «Зенит» словно вернулся в мрачный 1992-й. Вновь начались задержки с зарплатой футболистам, вновь деньги на выездные матчи собирались по крохам (а ведь география первой лиги тогда была невероятно обширна: и Иркутск, и Чита, и Владивосток, и Находка...), вновь тренеры вместо тренировок были вынуждены заниматься поисками средств к существованию команды. Доходило даже до забастовок игроков, которые, в очередной раз не получив и без того невеликих денег, отказывались выходить на тренировки. Какая там высшая лига...

А окончательно добили «Зенит» Мельникова также вовсе не на футбольном поле. В середине 1994 года о существовании в их городе некогда славной футбольной команды мастеров вспомнило и руководство Петербурга: близились выборы, и мэр города А. Собчак решил-таки реально помочь «Зениту», рассчитывая, таким образом, набрать ещё немало голосов в свою поддержку среди футбольных болельщиков. Однако решению главной задачи на следующий, 1995-й, предвыборный год – возвращению команды в высшую лигу – в этом случае должен быть гарантирован стопроцентный успех. Иначе подобного рода помощь футболу могла оказаться попросту бессмысленной, не дав мэру в глазах избирателей-болельщиков никаких существенных вистов. 

А тут как раз летом 1994-го оказался свободен уволенный из сборной после неудачи на чемпионате мира в США Павел Садырин – личность, остававшаяся для футбольного Петербурга воистину культовой. Это была несомненная удача: выход «Зенита» в высшую лигу, да под руководством именно Садырина – что может быть лучше? И на Павла Фёдоровича из Смольного вышли в лучших традициях советских времён: напрямую, минуя и нынешних тренеров, и руководство клуба, и его акционеров. Встреча двух крупных фигур, Собчака и Садырина, прошла плодотворно, после чего мэр высказался примерно в таком духе: «Я готов дать «Зениту» денег, но только под Садырина». Участь Мельникова оказалась решена, мало того что задолго до окончания срока действия его контракта, так ещё и за его спиной. 

Эта новость распространилась по всему городу с невероятной скоростью, благо, по телевизору вскоре было показано интервью Садырина, в котором он подтвердил своё согласие принять «Зенит». При этом, правда, благоразумно сделав оговорку, что текущий сезон команда должна довести до конца с нынешними тренерами. Новость охотно подхватила и городская пресса, начав всестороннее её обсуждение и смакование, после чего на сезоне можно было ставить жирный крест. Никаких стимулов у команды на пороге грядущих серьёзных перемен не осталось. Все ждали лишь окончания чемпионата... Ждали футболисты, гадая о своём будущем с новым тренером; ждало руководство клуба, готовясь уже к следующему сезону; ждал и безмерно уставший и опустошённый главный тренер команды Мельников, лишившийся почвы под ногами и утерявший то хрупкое, почти эфемерное ощущение единства с игроками. Одно за другим пошли поражения, лишённый какой-либо мотивации «Зенит» быстро сполз в середину турнирной таблицы. От него отвернулись даже болельщики: на последних двух домашних матчах лучшей футбольной команды Санкт-Петербурга присутствовало всего по паре сотен зрителей. Болельщики тоже ждали окончания сезона. 

О высшей лиге никто уже и не заикался. Чемпионат «Зенит» завершил вяло и безразлично – десятиматчевой серией, в которой одержал всего две победы. Да и те над командами из нижней части турнирной таблицы. А лидеру первой лиги новороссийскому «Черноморцу» проиграл и вовсе с неприличным счётом 0:6. Итог – 13-е место. 

Ушёл Мельников из «Зенита» тихо и незаметно. Ушёл интеллигентно, без публичных разборок и обид, без требований и обвинений, отказавшись даже, памятуя о тяжёлом финансовом положении клуба, от части компенсации за разорванный контракт. И никто не сказал ему вслед ни доброго, ни плохого слова. Как будто и не было его – того, кто фактически спас «Зенит», сохранил его для города, кто так немало сделал для клуба в самое тяжёлое в его истории время. 

А потом загремели фанфары: в команду вернулся Садырин, и, заручившись активной, в том числе и финансовой поддержкой городского руководства, «Зенит» сходу вышел в высшую лигу. Но это уже другая история.
2 комментария

Для добавления комментария, Вам необходимо авторизоваться
  • Счастливчик
    0
    27.01.2014 в 14:25

    С интересом читаю! Спасибо!

  • Stella Mare
    0
    28.01.2014 в 16:07

    Дмитрий, спасибо Вам за такие экскурсы в историю! Действительно, иногда очень полезно вспомнить о том, что на фоне сегодняшнего процветания кажется уже какой-то страшной былью.

    лишь изредка тишина прерывалась более-менее стройными скандированиями фанатской грядки. Насчитывающей, впрочем, обычно не более нескольких десятков человек. А то и куда меньше.

    Вот это и были настоящие фанаты. Они даже имеют право на чувство превосходства над теми, кто стал ходить на стадион в последнюю благополучную пятилетку - но они почему-то его не высказывают. Наверное, потому, что понимают - для поддержки важен каждый, будь ты простой болельщик, изредка приходящий на Петровский, или фанат, мотающийся за Командой по стране.

    А современные "фанаты", многих из которых даже на свете ещё не было в эти тяжёлые для Зенита годы, о своём превосходстве кричат на каждом шагу и всё время угрожают, что если со стадиона уйдут они, "истинные" фанаты, - Зенит перестанет существовать. Однако, опыт "Кировца" и "Турбостроителя" с парой сотен зрителей показывает, что Зенит был, есть, и будет, независимо от того, есть ли на трибунах пара тысяч молодчиков, жгущих файеры, или нет.