Блог архива болельщиков «Зенита»

78
113

Воспоминания о 80-х. Часть четвертая

Кто-то придумал красивую версию про то, что нас, фанатов ленинградского «Зенита», по Москве стали прозывать «мешками» после завоевания клубом золотых медалей в 1984 году и выпуском в честь этого события полиэтиленовых пакетов с надписью «Зенит» - чемпион!». Исторически, это не так. Не могли фаны ЦСКА в 83 году знать, что на следующий год наш клуб станет чемпионом и, тем более, что будут выпущены пакеты с надписью. А тогда, на подходе к стадиону, с разных сторон доносилось: « Смотрите, «мешки» припёрлись!». Эти реплики отпускались явно в нашу сторону. 

Во все года существования Советского Союза, по снабжению, как продуктами, так и товарами народного потребления, Москва стояла на первом месте, а остальные регионы довольствовались крошками с её стола. Жителям близлежащих областей и городов приходилось совершать наезды в столицу, запасаться провизией, чтобы выжить. Вывозили товары переполненными сумками и мешками. Москвичи непрошеных гостей обзывали мешочниками. Мы, конечно, ничего не вывозили, но прозвище прикрепилось. 

Пусть эта версия менее красива (возможно, существует ещё и не одна), но применительно к 1983 году она более достоверна..» - продолжение интереснейших воспоминаний Константина Васильева «Кастета» о ленинградских фанатах 80-х:  
у выхода со стадиона Кирова, фанаты провожают свою команду. 1982 год 

В первых числах октября в Ленинград на выезд приехали фанаты днепропетровского «Днепра». Накануне матча основных составов, как и сейчас, проводился матч дублёров. Основными аренами, где проводились такие игры, были запасное поле стадиона Кирова и стадион Ленина (Петровский). На запаске Кирова нет трибун, - просто обнесённая забором территория и скамейки, разбросанные в разных местах. На такие площадки покупать билеты сложнее, чем пролезть снизу забора или перелезть сверху. Матч дублёров «Зенита» и «Днепра» проводился на стадионе Ленина. На такие игры собиралось всего несколько десятков человек, а где и во сколько состоится матч, можно было узнать только из газеты «Спортивная неделя Ленинграда». Из фанатов на игры приходило человек 10-15, ни о какой шизе на таких матчах даже не думали, мы просто общались между собой. Смотрели кто как играет из ближнего резерва, а если кого-то меняли не по травме, а по хорошей игре, - это означало на 90%, что этот игрок выйдет завтра играть за основу. Очень часто на такие матчи приезжали игроки основного состава, а костяк команды составляли воспитанники питерских школ. Можно было подойти пообщаться, вернуть деньги, занятые на выезде; да просто домашняя обстановка, поэтому я пытался не пропускать матчи дублёров. Но проникать на такие левые арены по билетам, даже имея свободные деньги, я не собирался. Милиция посещала такие мероприятия только по большим праздникам, а мы находили всевозможные пути проникновения без препятствий и билетов. 

Следуя в вагоне метро на матч дублёров с «Днепром», я обратил внимание на двух парней, которые пристально рассматривали меня и о чём-то переговаривались. Ещё через перегон они подсели ко мне со словами: « Мы знаем, ты Кастет!». Вот так и познакомились: они тоже живут в Купчино, и если Володя (Дзюдо) на фанатском секторе пробыл не так долго, то Павел Коропальцев (Чипполино) многие годы ходит на фан- трибуну, и не только в нашем городе! Добравшись до стадиона, парни потянули меня к кассам, у которых находилось 2-3 человека, за билетами. 

Покупка квитков на матч дублёров не входила в мои планы (тем более, что я знал халявный путь на трибуну): деньги лучше тратить на выезде за «Зенит». Парни послушались меня и пошли за мной. Для прохода на трибуны открывали только двое ворот на центральных секторах с обеих сторон поляны. Мы, конечно, разводили бабушек-билетёрш на входах и обычно проходили там. Но в тот день я выбрал путь сложнее. Со мной были двое неопытных в таких делах. Подойдя к 13-му сектору, мы поднялись к воротам, которые, естественно, были закрыты на замок. 13-й, как и в настоящее время, так и в прошлом, благосклонно относился к фанатам. Он был единственным сектором, на котором расстояние между верхом решётки и сводом арки на входе позволяло перелезть даже такому габаритному человеку, как я. Парни последовали за мной, - и мы дома. Пройдя по пустым рядам к центру, подсели к нашим фанатам, которых я уже хорошо знал. 

Во время игры увидели среди других болельщиков мужика лет под 25, довольно упитанного и крепкого в плечах, со здоровой шеей, на которой висела тряпичная красно-синяя роза. Я был шокирован: что болельщик ЦСКА делает в Питере, не шифруясь, на матче посторонних ему команд? Но оказалось, всё просто: это был не москаль, а днепропетровец. И был он на этом матче к месту, приехал на день раньше срока игры основных составов. Мы с Вадиком Маркизом, Колей Беломором и Васей Петрухой засыпали его вопросами, на которые он правдиво отвечал. У них в Днепропетровске зародилось фан-движение, а к ним на выезд приезжали фанаты ЦСКА и объявили, что все истинные фанаты должны дружить с ними и ходить в красно-синей атрибутике. Атрибутику с клубной символикой или цветовой гаммой достать было очень сложно, и изготовление кустарным способом - трудоёмкий процесс. 

Вася (таково было имя, оно же прозвище, днепрянина), легко поддавался перезагрузке. А так как он являлся лидером в рядах своих единомышленников, то информация, загруженная в Васю (смекнули мы) достигнет цели. Мы объяснили гостю Питера, что их клуб, как и наш, принадлежит ДСО (добровольному спортивному обществу) «Зенит», и атрибуты фаната должны соответствовать цветам знамени. А так как у «Днепра» нет своего знамени, надо пользоваться флагом общества. Для наглядности мы указали Василию на табло стадиона, где во время матча всегда вывешивались флаги спортивных обществ, участвующих в игре команд. В тот день с обеих сторон табло развевалось два зенитовских знамени. Так зародилась дружеская связь с украинским фан-движением ФК «Днепр» Днепропетровск. Цветовую гамму своей атрибутики они выбрали, как у нас, сине-бело-голубую. 

***

 Перед двумя последними турами в Москве, со «Спартаком» и «Динамо», большая часть питерских фанов отдала предпочтение первому матчу. Но умер генсек Л. И. Брежнев, и все развлекательные мероприятия были перенесены на тройку дней. Небольшая часть наших фанов поехала в столицу по срокам купленных билетов и стала в Москве поджидать дату переноса игры. А огромное количество желающих посетить матч «Зенита» направилось в кассы возврата сдавать билеты. Я тоже вернул билет в кассы, но к сроку переноса прибыл в столицу. В том году, впервые в своей истории, к золоту стремилось минское «Динамо». Ситуация сложилась такая, что на одном стадионе ЛФК ЦСКА, с небольшим перерывом, проводилось два матча. Перед нашим матчем со «Спартаком» играли динамовцы Москвы и Минска. Тусовка обещала быть интересной: сбор четырёх фан-движений в одном месте - интригующее зрелище. Динамики Москвы, много минчан, спартачи и нас (из-за похорон) мизер, но много милиции. Чтобы приблизиться к арене, надо было пройти от самого Ленинградского проспекта множество кордонов с билетным и фэйс-контролем. Когда я стал просачиваться к арене, на третьем или четвёртом кордоне у меня изъяли тикет и просто разорвали, ничего не объясняя. Проводили к коридору, предназначенному для выхода со стадиона, и всё - давай домой. Покупая билеты утром, я приобрёл два - для себя и товарища, с которым так и не встретился. Пришлось воспользоваться второй попыткой, но с другой стороны сооружения. Практически преодолев всех стоячих полицейских, мне оставалось проникнуть внутрь, но передо мной опять включили красный свет по той же схеме с отъёмом и разрыванием билета. Мне так и не удалось проникнуть на тот матч. 

Единственным плюсом на выезде была встреча с Фиксом и Спиртом из Минска. Втроём, по совместной переписке, нам вместе пересекаться больше не удалось. Вот так: за свою фанатскую карьеру мне удалось побывать на всех футбольных аренах столицы, кроме ЛФК ЦСКА. Не фарт! 

К сезону 1983 года, благодаря моральному противоборству юга города и севера (Купчино и Гражданки) с постоянными подколками и придирками, для нас, купчинских, стало понятно, что сплачивание своей команды будет полезно и нам самим и для общего дела, для всех фанатов «Зенита». По именам в те годы мы звучали очень солидно: Беломор, Валет, Очки, Ярик, Зонт, Кастет, Сом, Чипполино, Страшный, Смешной, Мишель, Фантик, Болт, Гаврош, Дзюдо, Мирон, Гуталин, Никотин, Цыпа, Додик, Пит, Бизон, - это те, кто жил в старом Купчино. Плюс те, кто жил в новом: сплочённые Дус, Бес, Бедняга, Кальмар, Бродяга. Все ежедневно общались между собой: игра в футбол, праздничные мероприятия, - совместно.

Накануне старта чемпионата-83, в один из выходных дней, ко мне домой без звонка, весь мокрый от снега, с довольной улыбкой на лице, завалился Пашка Чипполино. Отдыхая за городом в Кавголово, катаясь с гор на санях, Чипа случайно набрёл на лыжню, вдоль которой на шестах развевались знамёна спортивных обществ, а должного контроля за ними не наблюдалось. Павел спокойно, не торопясь, опустил на все знамёна хозяев лыжной дорожки и так же спокойно отправился в город. Теперь мы вдвоём доставали из-под подкладки, через дырки в карманах спортивные трофеи. В итоге оказалось 10 больших, 2.5 на 1.5, флагов, но больше половины из них для нас были хоть и шелковые, но тряпки. 

Знамёна «Спартака», «Динамо» и ЦСКА, связавшись с москвичами, можно было поменять или пристроить за деньги, понятно. «Зенитовский» Пашкин трофей не обсуждался. А вот «Труд», «Трудовые резервы», «Водник», «Буревестник», «Урожай» и «Локомотив» тех лет, - это порожняк. Кроме помойки нет достойного места, хоть обратно вези и требуй поменять на «зенитовские». Поделив по совести добычу, львиную долю загрузили обратно к Чипе, и он уехал домой на Бухарестскую.  
Паша Чипполино 

А вечером, на ежедневной вечерней тусовке, выдвинули предложение, что, по возможности, на каждом выезде должен присутствовать представитель Купчино. О своём баннере мы тогда даже не мечтали и слова-то такого не знали. И тут открывается вопрос: кто поедет от нас в Донецк, на кубковый матч с «Шахтёром»? Кто по учёбе не мог, кто по работе. Беломор, Валет и Страшный едут на первый двойник в чемпионате, а я их догоняю на втором матче, причём, это всё тот же Донецк. И тут от угла дома вырисовывается наш Чипполино с развевающимся на древке свеженьким знаменем. Пока он шёл к нам, мы переглянулись, и вопрос с представителем был решён. Хотя представитель об этом ещё понятия не имел и даже не дошёл до нас, но мы знали, что именно он едет на кубковую игру. Выбор сделан: едет Павел. «Надо, - значит еду», - решил Чипа. А что, - знамя, роза и «пинцетная» шапочка (сине-голубой колпачок с белым помпоном, за что Паша и стал Чипполино), - всё есть. Денег скинули у кого сколько есть, в общак, - и вперёд, в дорогу. 

Когда провожали Пашу, глядя на компанию, в какой ему предстоит тусоваться, опасения за купчинского представителя не покидали до самого его возвращения. Спутниками молодого фантика были Блондин, Верблюд, Медведь и Клоун, - парни непростого настроя в жизненных позициях, а некоторые - косо поглядывающие в сторону южных районов города. За четырёхдневную поездку Чипа преобразился в матёрого фаната. «Зенит» по пенальти уступил горнякам и про финал в «Лужниках» надо было забыть. 

Через две недели я провожал наших парней в Днепропетровск, на первый выездной матч чемпионата. А самому уже невтерпёж, тоже хочется в вагон и в путь. Но всему своё время, ещё четыре дня - и вдогонку. Добраться до Донецка можно было двумя путями. Или с Витебского вокзала на пассажирском «Ленинград – Жданов» через Донецк, но в пути почти сорок часов. Либо с Московского вокзала двумя поездами - Адлерским и через 30 минут Кисловодским, в пути 26 часов, но - до Горловки, дальше час на междугороднем автобусе. Мы выезжали вместе с Антоном Чижовым (Хроник), Игорем Ануфриевым (Гном), Лёней Лебедевым (Пантелей) и ещё бригадой из Нью-Купчино во главе с Дусом и Бесом. Ехали по льготным, 50%, билетам в плацкартном вагоне. Наш кубрик был завешен мои большим флагом: впечатление, как в купе. Играли в карты, травили байки, как и все мирные граждане. Разница лишь в том, что мы едем большой компанией, и наша одежда - под цвета нашего знамени. 

За время в пути Гном и Пантелей нашли точки соприкосновения с проводником вагона и договорились о транспортировке в обратном направлении без билетов. Сойдя в Горловке с поезда, прошли до автовокзала, сели на междугородный бас и уже через час мы стояли у ворот стадиона, на котором будет проходить игра. Заночевать пришлось на футбольном поле, расположенном рядом с какой-то шахтой, расстелив предварительно, как простынь, флаг общества «Урожай». В гостинице «Шахтёр» не было мест, а искать что-то ещё не было ни времени ни сил. Утром вернулись к отелю, у подножия которого расположен стадион «Локомотив», а из окон гостиницы можно спокойно, не напрягая зрение, наблюдать за ходом игры на поле. Когда открылись кассы, купили билеты и пошли побродить по городу. Особых изысков в Донецке не обнаружилось, скучноват городок. Откуда у нас появился журнал-каталог, форматом А4 и толщиной листов 500, с глянцевыми страницами, - не припомню. Сейчас такими вещами никого не удивишь, а в те годы, да ещё в Украине, это супер! Лёня Пантелей и Игорь Гном взялись найти для каталога нового хозяина, для чего уехали на местную барахолку, а я был в доле и на расстоянии сопереживал за парней. Побродив в окрестностях арены, к которой начали стягиваться шахтёры.(Двумя неделями ранее в матче на кубок СССР «Шахтёр» обыграл наш клуб). К нам отнеслись с сочувствием, но мы отвечали гордо, что сегодня будет реванш. Часика полтора пообщались с шахтёрами. Отломав от ближайших кустов тонкий и прочный прут, одев на него знамя, мы двинулись в гуще горняков на стадион. 

Как обычно на выезде, за воротами увидели островок наших фанов, человек 30, и 5-6 огромных знамён, развевающихся на древках. На трибуне встретились с теми, кто приехал из Днепропетровска. Между матчами они зависали у фана «Шахтёра» по прозвищу Банан. Как бы комфортно мы себя не чувствовали в общении с местными перед матчем, на игре проявилась сущность горняков. С выходом футболистов на разминку мы начали активную поддержку, и тут же со всех сторон на нас посыпался град из всевозможных предметов: семечки, конфеты, куски асфальта, мороженое, деньги. Иногда не было возможности взмахнуть флагом. <...>

Утром, купив билеты на первый из двух прибывающих с интервалом в 20 минут поездов до Питера (Адлерский и Кисловодский), все стали ожидать поезда, а я - Гнома и Пантелея. И они появились вовремя. Их сделка прошла в полном ажуре.. На первой большой узловой станции Харьков, где поезд стоит 30 минут, нас догнал кисловодский состав с двумя фанатами на борту. Мало того, что наши поезда припарковались друг напротив друга, ещё и вагоны наши стояли параллельно. Тут из своего состава выходят довольные жизнью Гном и Пантелей. Игорь одет в фуражку, а Лёня в фирменный китель проводника. Сам хозяин кителя спит в своём купе. Парни в полном шоколаде, они уже при деньгах, сытые и довольные едут домой. А пока проводник в отрубе отдыхает, они на всех станциях сажают зайцев: кто рассчитывается деньгами, кто водит их обедать в вагон-ресторан, кто даёт натурпродуктами, - у них полный порядок. В целом, состав полупустой, а в их вагоне тесно. 

Во время совместной стоянки они снабдили нас провиантом, и мы расстались до следующей узловой станции. Мой флаг после донецкого мороженого было не узнать: весь в разводах. Но это отстирывалось, не смертельно. Выезд в Донецк показал мне, что такое настоящий выезд. Экстрим и адреналин на трибуне. Разрешено всё: шиза, флаги, песни. Полный стадион болеет за своих, а ты с товарищами, наперекор этим тысячам, - за гостей. Хочется, чтобы «Зенит» забил и победил им всем назло, - это и есть истинный фанатизм, вера в свою команду!
   
Приморский Парк Победы, питерские и донецкие фанаты вместе 

К лету я поставил жирную точку в своей спортивной карьере: оставил спорткласс и сборную Ленинграда. Околофутбол окончательно поборол во мне гандбол. Перед выездом на юга я подрабатывал на фабрике и даже получил аванс.. В одном из отделов управления фабрики-прачечной на Софийской работала мама Коли Беломора. Она посодействовала, чтобы меня, пятнадцатилетнего, приняли на месяц поработать на фабрике подсобным рабочим. За месяц я заработал неплохую сумму - 140 рублей, что для выезда сроком на две недели вполне должно было хватить. Ехал отдыхать я вполне официально, и мама мне подкинула ещё 50 рубликов. С такой суммой на берегу Чёрного моря можно было чувствовать себя вполне уверенно.

Выезжать собирались проверенной группой в шесть человек: я, Чипполино, Сапог, Беломор, Гном и Дима Широков (Клоун). К нам в попутчики присоединились два представителя движения фанатов днепропетровского «Днепра» - Кот и Вэл. Плюс провожавший нас и уехавший с нами Максим Кувшинов (Гаврош). Кот и Вэл задержались в нашем городе на неделю после своего матча с «Зенитом». Все девять человек, облачённые в сине-бело-голубые розы (между нашими клубами нет цветовых различий, и принадлежат они одному ДСО «Зенит»), отправились в путь. 

Выдвигаемся на Витебский вокзал, поднимаемся в кассовый зал, а там полная тишина, ни одного билета ни на один поезд в нужном нам направлении нет. Значит, меняем дислокацию: с Витебского переправляемся на Московский вокзал и опять пролетаем с билетами: их просто нет. Тогда беспроигрышный вариант: маловишерская электричка в 17.40, да и время подходит, вперёд и с песней! (Неужели из- за такой мелочи, как бумажка, называемая билет, - отменять долгожданный выезд?!). 

Застолбили в «собаке» места и понеслось: у Чипполино с собой гитара, и мы чередовали песни в вагоне с игрой в карты и походами в тамбур. Ревизоры, часто сталкивающиеся с поездками фанатов на электричках, нас обходили стороной, и мы благополучно достигли Малой Вишеры. Пересев на «собаку» до Окуловки, продолжили свой путь. Когда местные спрашивали: «Куда путь держите, хлопцы?», мы отвечали: «В Одессу, на футбол». Мужики в шоке и полнейших непонятках: как можно ехать на электричке М.Вишера - Окуловка в Одессу, да ещё и на просмотр футбольного матча. Странные какие-то, и одеты летом в шарфы одинаковой расцветки. От Окуловки дальнейший путь на электричках невозможен, значит, вступает в силу фанатский закон вписки в поезда дальнего следования. Обговорив путь следования, забили время и места стрелок в крупных городах (если кого где высадят), зашифровались, приняв вид вышедших пассажиров и стали поджидать поезд в нужном направлении. В первый же прибывший состав, в один из плацкартных вагонов, вписались все. Кто-то занял свободные третьи полки, кто-то ушёл в другие вагоны. Мы с Чипполино зашифровались с группой молодых ребят.. 

Узнали, что поезд минует Москву стороной (очень даже неплохо) и двигается в южном направлении (совсем нас устраивает, просто в масть). Но обстоятельства иногда складываются не в нашу пользу. При подъезде к Бологое поднялся непонятный кипеш, из поезда высадили почти всех безбилетников. Но мне, после общения с проводником, было предложено задержаться... 

Из приключений тех, кого высадили в Бологое, запомнился забавный эпизод. Когда Чипполино, уже наполовину некоммуникабельного, товарищи погрузили в вагон проходящего до Москвы поезда и отправили в дорогу, - услышали по трансляции на весь вокзал, что найдена сумка красного цвета, потерявших просят обратиться к дежурному по вокзалу. Все оставшиеся на тот момент фанаты дружно посмеялись над ротозеем, но затем всплыл один вопрос: а где красная сумка Чипполино? Его в поезд погрузили налегке, без вещей. Значит, надо вызволять Пашины вещи. 

Придя к администрации вокзала, парни высказали свои претензии на сумку, однако, у них потребовали привести доказательства своих притязаний. Беломор вспомнил, что на сумке имеется надпись шариковой ручкой, сделанная друзьями Павла в шутку. А когда Сапог перечислил вещи, которые должны находиться в сумке: флаг, шарф сине-бело-голубой и горн, - то сумку вернули безоговорочно, и парни с очередным поездом продолжили путь. 

Мне в Туле пришлось убивать время, побродив по окрестным с вокзалом улицам. На первой же электричке из Москвы прибыл Лёша Сапог. По плану, чтобы успеть к 12 ночи в Харьков, нам надо было вписываться в ближайший поезд из столицы. Когда прибыл подходящий нам состав, мы с Лёхой удивились, увидев, как вдоль платформы навстречу нам двигаются Беломор и Гном. Проходя мимо и, как бы не замечая нас, прямо как в шпионском фильме, роняют фразу: сумки бросайте в такой-то вагон и идите в вагон-ресторан, - и растворяются среди пассажиров. Повторять дважды нам и незачем и уже некому. Мы, следуя инструкции, зашли в указанный вагон, положили сумки на третьи полки и отправились в ресторан. Войдя в вагон-общепит, мы удивились ещё больше: за столом уже сидела вся наша компашка, за исключением Димы Клоуна, но и он не заставил себя долго ждать. 

Пока мы оформляли заказ, Клоун появился: он шёл полным автопилотом и исполнял шлягер тех времён - песню Валерия Леонтьева «Куда уехал цирк». Пока его усаживали, он попытался укусить за ногу официантку. Её кое-как успокоили, объяснив, что Дима домашний и привит, можно даже погладить. А Клоун сменил песню из репертуара Леонтьева и продолжил мини-концерт любимого певца. 
  Днепрпетровск-1983 

На вокзале в Харькове встретили Валерку Тестя и Андрюху Седого. На всякий случай (впервые за эту поездку) потратили деньги на проезд, прикупив четыре билета в общий вагон на восьмерых, в поезд Харьков – Одесса. Подойдя к вагону за 15 минут до отправления, обнаружили проблему: как проникнуть в свой вагон. Билеты есть, а проверить некому, - проводник отсутствует напрочь. На каждой полке расселось по 5-6 человек, и нам пришлось раскидывать их пожитки со вторых и третьих полок. Лежать пришлось по два человека на полке. Не очень повезло тем, кто расположился на третьих полках, - их продвижение к Одессе сопровождалось падениями прямо на головы мешочников. <...> 

Вот в такой тёплой атмосфере мы добрались до конечной остановки нашего путешествия. Как выразился Паша Чипполино, выйдя на платформу в немыслимых спортивных штанах, рваной футболке, в пинцетной сине-бело-голубой кепчонке, розетке и с гитарой за спиной: «Одесса-мама!» На площади перед вокзалом мы сразу встретили небольшую группу наших фанатов, - они шли непонятно откуда и куда, с флагами... В их рядах были Бирюков, Весёлый, Петруха, Витамин, Панк, Конь, Пфафф и Хайрасте. 

После тёплой встречи, в количестве 16-ти человек мы проследовали на местный пляж, чтобы отметиться в тёплых же водах черноморского бассейна. По дороге на пляж № 2 ЧМП, мы узнали «что? где? почём?». Сбор средств показал, что в мероприятии будут участвовать все, и гонцу, а им оказался Клоун, передали наличность. По пути к стадиону ЧМП, Весёлый отломал для моего флага какую-то берёзку. Кое-как приладив на неё знамя, продолжили путь. У касс собрались все: те, с кем вместе отдыхали на пляже (кроме Гнома) и те, кого ещё не видели в городе. У некоторых флагштоки были, как и у меня, в виде деревьев, - с палками на стадион нас не пропустили. Всего в Одессу, различными путями, нас прибыло 31 человек. Во время матча прошла сильная гроза. <...>

Увы, «Зениту» это не помогло - 0:2. <...> После небольшого совещания приняли решение навестить гостиницу, где остановилась команда, дабы поставить в известность о своём недовольстве игрой в Одессе. Добравшись до отеля «Аркадия» и узнав, что мест нет, и не предвидится, решили заночевать на пляже. Погода наладилась, и на горизонте не было ни облачка. Заглянув в гостиничный ресторан, обнаружили в нём наших футболистов, принимавших ужин. Несколько человек из нашей бригады, облачённые в шарфы и флаги, проникли в помещение общепита с целью пообщаться и высказать претензии в отношении бездарно проигранного матча. Инициативу на себя взял Бирюков (но не вратарь). Команда сидела и безмолвствовала, сцена была немая, как в «Ревизоре». Серёга был немногословен, но фраза, прозвучавшая из его уст прозвучала зловеще: «Если не выиграете в Кишинёве, то все получите на орехи». Односторонний диалог, может быть, и был бы продолжен, если бы не внезапное появление достаточно больших габаритов пожилого человека, который был в те годы администратором команды, Матвея Соломоновича Юдковича. Он шёл и держал в руках маленькие пакетики с сахаром, какие дают в поездах, а на его голос обернулся Игорь Гном, у которого в тот момент на плече, как автомат, висела гитара. По стечению обстоятельств, совершенно случайно грифом гитары Гном угодил Юдковичу в живот, и у того из рук выпали все пакетики. От удивления у Соломоныча отпала челюсть, а мы, во избежание дальнейших разбирательств, ретировались из ресторана. 

Главное, миссия общения с командой была выполнена: она была предупреждена, что мы едем за ними в Молдавию. Созвав из вестибюля остальную братву, отправились на пляж от гостиницы для устройства на ночлег. Некоторые из фанатов поехали на вокзал для отъезда в Питер, кто-то направил свои стопы сразу в Кишинёв, мы же своим факультетом остались зажигать на пляже. Не стану описывать подробности нашей встречи на пляже с футболистами нашей команды, но было довольно-таки весело и непривычно наблюдать их реакцию на встречу с фанатами тёмным южным вечером, на пустынном пляже, да ещё после прозвучавших обещаний в ресторане. 

На следующий день, позагорав под одесским солнцем и вдоволь накупавшись в Чёрном море, мы отправились на вокзал и погрузились в дизель Одесса – Кишинёв. Нам предстояло провести в пути каких-то 3-4 часа, чтобы добраться до следующего пункта двойного выезда. Итак, прощай, Одесса-мама! В нашу шестёрку, отбывшую из Ленинграда (Чипполино, Беломор, Сапог, Клоун, Гном и я), удачно вписался Андрюха Седой, мы всемером, без приключений, к 12 часам ночи прибыли в столицу Молдавии. Стадион и две центральные гостиницы Кишинёва располагаются в 10 минутах ходьбы от вокзала. 

Отдав, после небольшого совещания, предпочтение отелю «Кишинэу», приняли решение: четыре человека оформляются, а трое вписываются к ним в номер. Всё задуманное удалось воплотить. После основательного отдыха решили приступить к осмотру молдавской столицы с одновременной дегустацией местных напитков. Тут нам посоветовали сесть на автобус номер 9 у стадиона и проехать до конечной остановки в какой-то посёлок. А там, обратившись в любой дом, мы сможем получить то, что ищем, и за сущие копейки. На совете стаи решили, что прозябать в отличную погоду в гостинице нет смысла и, выписавшись оттуда, на ближайшей остановке нашли табличку с номером 9, дождались автобуса и поехали до кольца с целью отдохнуть на лоне природы. 

Прибыв на конечную остановку, поняли: это то, что нам нужно. Название посёлка было довольно-таки экзотическое: Дурлешты, что на русском, в нашем понимании, означало: «Дурь, лишь ты». Пройдя немного по посёлку, расспросили народ про какой-нибудь водоём, но положительного ответа не услышали. Надо хотя бы запастись домашним винцом. Мы с Димой Клоуном отправились на разведку к частному сектору. Зайдя в первый попавшийся двор без злой собаки, мы поняли, что попали туда, куда нужно. Нас усадили за стол во дворе. Отойдя от пруда метров на 300, нашли неплохую полянку для пикника и разбили на ней свой лагерь, а на деревьях развесили флаги... 

После довольно-таки продолжительной трапезы кто-то остался разводить костёр, кто-то пошёл на добычу картошки с ближайшего поля, а кто-то отправился за винным провиантом. Пару часов я отвёл на сон, а когда мы уже ели печёную картошку, к нам подошли два мужика, объяснив, что они шофёры-дальнобойщики и ужинают у водоёма уже битый час. Рассказали о парне, который сначала плавал по периметру водоёма, а потом перестал делать гребки. Они его окликнули, но он не отзывался. Тогда им пришлось лезть в воду и спасать его: оказалось, что он просто спит. Они его вытащили бесчувственного на берег и положили досыпать, а услышав наши песни и крики, подумали, что он наш. Мы, конечно, заинтересовались их заявлением и некоторые пошли посмотреть, что это за молодчик, который умудряется, как истинный дельфин, спать наплаву. Подойдя, на берегу обнаружили мирно посапывающего Андрюху Седого: мы не заметили потери бойца. Седого оттранспортировали к нашему лагерю, а в это время уставший Сапог положил свои ноги в брюках и обуви прямо в костёр. Спас Лёшины конечности и одежду Чипполино, находившийся рядом, а Сапог продолжал спать, как ни в чём не бывало. Потихоньку все стали отходить ко сну, лишь Дима Клоун продолжал выдавать шлягеры Леонтьева. 

Собираясь в Кишинёв к стадиону, со слезами на глазах от смеха вспоминали мы приключения, происшедшие в этом маленьком посёлке. Впоследствии выезд в Кишинёв всегда ассоциировался у нас с Дурлештами, - этот, хоть и небольшой, посёлок стал для нас как бы второй столицей Молдавии. Прибыв туда за несколько часов до матча, у стен спортсооружения встретили наших фанатов. Некоторые приехали, как и мы, из Одессы, некоторые из Питера. Договорившись о времени стрелки перед матчем и секторе, где будем располагаться на игре, разошлись по городу для осмотра достопримечательностей. <...>

Я остался вместе с Чипполино у стадиона. Обёрнутые во флаги размером 2,5 на 1,5 метра, мы выглядели в столице Молдавии вполне экзотически. Разговоры были ни о чём, но наблюдалась странная тенденция: все молдаване, вступающие с нами в контакт, болели за киевское «Динамо». 

Когда на разминку вышли команды, мы начали неистово поддерживать «Зенит», размахивая флагами. После этого мы были оцеплены милицией, а местные (что было совсем неожиданно после предматчевых общений) начали наезжать на нас, требуя, чтобы мы замолчали. Вот тебе и «Бен ац венит!», что в переводе с молдавского означает: «Добро пожаловать!». Значит, всё-таки им небезразлично, как играет их команда. Но и мы оказались не так просты, как они думали и продолжали шизовать, не обращая внимания на их провокации. Концовку игры нас на рядах досматривало человек шесть, а после финального свистка и нас посадили в машину и отправили на вокзал, хотя там пешком-то минут десять вразвалочку. Когда автофургон остановился на привокзальной площади, мы вышли из транспорта под вывеской «Вино». Туда и заглянули с Димой Клоуном перед заходом на вокзал, куда отправились остальные. <...>

Как садились в поезд - не помню: слишком много всяких событий свалилось на мои пятнадцатилетние плечи за такой короткий срок. На обратном пути приходилось только пить. Есть не мог совсем. Так добрались до родного города, откуда стартовали каких-то 10 дней назад. Выезд, несмотря на некоторые неувязки, выдался на славу!  

с другом Эдуардом у стадиона Кирова 

Продолжение следует.
0 комментариев

Для добавления комментария, Вам необходимо авторизоваться